WLVS. Большое интервью с Максимом Смирновым.

Привет, ребята. Это интервью планировалось сразу, как только я решил возродить какую-то активность NC, но ввиду личных занятостей, проблем и работы, состоялось оно только сейчас. Рад тому, что брал его не в текстовом виде, как мы собирались изначально, потому что вряд ли бы получилось бы так душевно. Я приехал в Самару, а в итоге искупался за Волгой, выпил Жигулевского и, сидя на песочке, поболтал с Максимом о новом альбоме, виниле, карантине, его оборудовании и звучках Нейта Ньютона.
Приятного чтения.

Альбом «Дорога до вечности».

Привет, Макс!  Давай поговорим о новом альбоме. Вы выпустили альбом во время карантина. Расскажи о том, как после второй части альбом «Дотла» писался материал, как долго и были ли какие-то сложности?

Макс: Привет! Если я правильно помню, то весной, где-то перед трёхнедельным евротуром с Vólan в 2018 году, у нас были более-менее собраны и готовы первых три трека —  Lost Kids, В глазах бездомных псов, Afterlife, тогда правда еще никаких названий, конечно же, не было. В начале лета, чтобы не забыть как это все играть, мы записали лайвом демо этих песен и ушли в отпуск. Скорее всего, тогда же у нас уже были какие-то наработки следующих треков. После этого мы постоянно что-то доделывали, дописывали, записали сингл Lost Kids, съездили в тур и, если мне не изменяет память, то к осени 2019го весь материал был готов. В конце 2019го года, не без сложностей, мы начали его записывать.

Правильно понимаю, что настроение всего альбома пошло с песни Lost Kids?

Макс: Ну если совсем условно, то да. Недавно поймал себя на мысли, что на последних записях, песни идут на альбоме в том порядке, в котором они и сочинялись. На альбоме «Дорога до вечности» и второй части «Дотла» так точно было. С «Дорогой до вечности» у меня было желание сделать «цельный» альбом. Я очень люблю всякие классные переходы между песнями и хотел, чтобы новый альбом стал одной большой целостной картиной. Такой, чтобы его нужно было слушать от начала до конца. Также помню, что не хотел выпускать какой-то сингл. Я не люблю синглы, потому что мне не очень нравится, когда песни выдернуты из контекста, если это только не специально записанный для сингла трек, но в случае с Lost Kids мы решили, что это нормальная песня, которая может хорошо прозвучать отдельно альбома.

Мне кажется, что Lost Kids стала идеальной в плане и аранжировки и текста песней. Cложилось впечатление, что группа стала, как это говорил один музыкант, «баскетбольной командой». Выглядит так, будто группа на опыте, которая уже знает, что делает, смогла найти формулу идеальной песни. Подумал еще тогда, что ребята, наверное, уже в состоянии написать сразу кучу песен, просто потому, что уже знают, как это сделать. Не становилось ли тебе скучно от этого процесса?

Макс: Нет. Кучу песен на опыте написать у нас не получится. Это так не работает, как у групп, типа Metallica, когда они записывают кучу демок и выбирают с продюсером из миллиона десять, которые и идут на альбом. В моей голове нет формулы из разряда: в этой песне нужен быстрый кусок, а в этом моменте медленный, а еще у нас давно не было брейкдауна, поэтому вставим его. Пишешь всегда так, как пишется и как чувствуешь. Если говорить относительно опыта, то да, за восемь лет существования группы WLVS опыт определенно есть, и ты точно понимаешь, как делать не надо, к примеру, что какой-то кусок в том или ином моменте не катит, а какой-то вообще тупой и надо просто выкинуть его и забыть:)
Я помню, что с Lost Kids мы по-настоящему запарились и в плане аранжировки, и всяких там стоп-таймов и прочих приколов. В процессе работы над альбомом, я предложил ребятам после написания треков, записать его демо, и работать уже с каждой песней отдельно. Нужно было спокойно все отслушать и думать о том, что улучшить — что добавить, а что убрать. Например, в песне Afterlife концовка была изначально короче, а когда я начал писать текст, то понял, что нужно ее делать длиннее. В целом, на этом альбоме подход к написанию песен был серьезнее, чем раньше. Раньше много песен рождалось в джеме. Мы могли за одну репетицию сделать песню, в которой практически ничего не менялось. На «Дороге до вечности» таких песен нет вовсе.

Возможно, что я неправильно тебя спросил. Я имел ввиду то, что у вас явно появился почерк. Он читаемый. Не потерял ли ты интерес к нему потому, что уже знаешь, как эта схема работает?

Макс: Нет. Считаю, что найти свой почерк очень сложно. Нужно проделать охренительно большую работу и путь, чтобы понять, что ты хочешь играть, как ты хочешь звучать и научиться, чтобы это звучало именно так. Раньше Гоша (звукорежиссер, сводивший все альбомы группы) перед тем, как сводить какой нибудь очередной наш альбом, просил у нас примеры звучания. На второй части «Дотла» и «Дороге до вечности» никаких примеров уже не требовалось. Собиравшись изначально, у нас был четкий ориентир — это группа Gallows периода альбома Grey Britain. Сейчас его нет. Это совокупность большого количества влияний, переработанная в ключе группы. Какой-то парень написал в комментарии под постом с альбомом, что-то типа: «мне кажется вы нашли свою фишку, чуваки». Это приятно. Причем, если в лирике я даю себе отчет в чем она, то в музыкальном плане не до конца понимаю в чем, но со стороны людям, конечно же виднее. Думаю, что все музыканты и группы должны стремиться к тому, чтобы найти какую-то свою изюминку, потому что это именно то, что выделяет тебя из большинства, и вообще, если вы проанализируете всякие крутые или культовые группы, то заметите, что большинство из них довольно самобытные. Нельзя же что-то тупо копировать и быть крутой группой. Читал, например, что Converge в то время, когда все играли как Madball, никто не понимал, и были они на общем фоне не особо-то в почете, но продолжали гнуть свою линию. В итоге, сейчас это одна из главных групп жанра со своим звучанием, и когда ты включаешь их песню, то сразу понятно, что это за группа. Классно, что, как не пытайся, ты не найдешь группы с таким же звучанием. 

Ты обмолвился о примерах звучания и влияниях. Какие персонально у тебя были влияния на момент написания и записи «Дорога до вечности»?

Макс: Какие-то названия групп я вряд ли смогу назвать, т. к. честно просто не вспомню уже, но наверняка много всего повлияло. Из того, что могу вспомнить — у Брайна Фэллона (участник The Gaslight Anthem) на каком-то альбоме с красной обложкой есть заключительная песня под акустику — See You On The Other Side. Он напевал там мотивчик, который сильно запал мне в душу. Какие-то строчки под этим впечатлением я написал.

И еще в том году я познакомился с альбомом Бориса Гребенщикова «Соль». В нем есть песня Ветка. Вот она меня разъебала прям катастрофически сильно. После ее многократного прослушивания начал дописывать текст к песне Afterlife. Борис Борисович, конечно, очень странный, но этот альбом очень крутой. 

Что-то еще точно было, но уже не вспомню.

Не самые очевидные влияния. Как вообще ты думаешь, справедливо ли утверждение, что если в деле написания музыки ты долго, то очевидные влияния уходят и ты можешь словить чье-то настроение, оно может совпасть с твоим, но желания «звучать как кто-то» уже нет?

Макс: Когда ты взрослый музыкант, то ты, как говорят, замужем уже не первый год, и на тебя уже не то, что даже музыка чья-то может влиять, а просто настроение, которое ты можешь поймать, стоя на бережку или, прослушивая ту или иную песню, пока в тачке едешь, или прогуливаешься, или пока фильм какой нибудь смотришь. То есть влияние получается уже не то, чтобы от какого то крутого риффа или рифмы чей-то, а больше именно от настроения и ощущений, которые тебе создают внешние факторы. Первое четверостишье Afterlife я написал как раз так. Помню, что после Winter Assault мы с Аней поехали в Сочи, чтобы перезагрузиться. Она работала, а я пошел гулять по набережной и, конечно же, набухался 🙂
Стоял на берегу, допивал пивко, слушал Eilean Mòr, смотрел на закат и птиц, которые летели против ветра. Тогда я первое четверостишье и написал. Такие моменты надо стараться не упускать и выжимать из них в творческом плане максимум. И вообще, я понял, что очень круто искать вдохновение в не самых очевидных вещах и местах. Но это всё конечно сугубо индивидуально. У меня так.

Меня продолжает удивлять, что ты не стесняешься, как многие, признаться в том, что на тебя оказывает влияние русская музыка, причем многие исполнители прошлых поколений. Те же кавер-версии песен Кино и Король и Шут. Насколько ты чувствуешь свою музыку продолжением этой традиции и вообще группа WLVS — это русская группа?

Макс: Я уже частенько смеюсь, и на такие вопросы отвечаю, что мы русская народная группа. Ну и мы же поем на русском языке, а лирика — довольно важная часть нашей музыки и всё-таки, как не крути, понятнее всего она русскоязычной публике. Мне реально нравится, что мы из Самары, а не из Москвы или Питера. По-моему, круче быть классной провинциальной группой, нежели классной столичной. Продолжаем ли мы какую-то традицию русского рока? Это не мне судить.Что касается каверов, то раньше я считал группы Кино и Король и Шут никакими, а потом понимание всех этих групп само как-то пришло. Я начал находить что-то близкое в этих песнях, как-то их понимать со своей колокольни, какие-то песни стали нравится до мурашек. Сейчас я считаю, что, например, «Песня без слов» у группы «Кино» — самая сильная их песня в плане лирики. Это тоже, как мне кажется, всё к вопросу о становлении и взрослении тебя, как музыканта и поиске вдохновения там, где бы ты раньше никогда его искать не стал. К ПТВП например я тоже очень долго подступался. В Санкт-Петербурге была, такая группа как МадамЖарли. Сто лет назад мы делали им концерт в Самаре и говорили про ПТВП с вокалистом/гитаристом Ростом. Я не понимал, почему Леха так верещит, и что крутого в этой группе. Рост сказал, чтобы я запомнил этот момент, потому что настанет день, когда я всё пойму. Так и случилось, когда ехали с тобой по-моему, кстати, в Тольятти в какой то отвратительной маршрутке и я послушал альбом «Зеркало».

Давай вернемся к альбому. Расскажи как альбом записывался? Были какие-то проблемы?

Макс: Подготовка заняла очень много времени и была очень муторной. Хочу сразу посоветовать ребятам, которые хотят писать большие альбомы, но еще не делали этого — подбирайте метрономы не перед записью барабанов, а во время написания песни. Это сильно облегчит вам дальнейшую работу. Например, мы удивились, когда поняли, что в концовке Afterlife четыре темпа, а не один, как думали. В припеве песни «В глазах бездомных псов» тоже, то ли четыре, то ли пять темпов. Очень устали подбирать и ругаться на тему, стоит ли вообще это все подбирать или оставить, как есть.
Еще важно, что мы делали демо-запись альбома, чтобы я писал тексты не под диктофонные репетиционные записи. Это мне очень помогло. На спокойном очень много всего додумалось и дописалось. В общем, демки — это круто. Теперь всегда так хочу делать 🙂
Пишемся мы уже, как обычно, у Димы Мусина на Elevator Records .
Барабаны Кирилл записал за одну сессию. Надо сказать, что он очень ответственно к этому подошел.

Насколько помню раньше у вас не было такой молниеносности.

Макс: Такого вообще никогда не было. Барабаны мы вообще всегда писали со второго раза по разным причинам: от лопнувшей во время записи тарелки, до перебитого шнура на одном микрофоне. В этот раз все прошло гладко. Кирилл сел, вздохнул, записал и только потом выдохнул. Бас, по-моему, также за одну сессию записал. Правда, потом переписывал один трек, так как оказалось, что какую-то ноту я неправильно сыграл. Гитары писали в две сессии, потом несколько раз дописывали, переписывали. С ними было много сложностей. Вокал писался долго. В среднем, по треку за сессию.
Сейчас не очень понимаю, как раньше, например на альбоме «Last Gang in Town», я мог прокричать весь альбом за один заход.

Андрей из Footstep рассказал мне, что свой «Не идеал» они писали живя на студии всей группой. В вашем случае такой подход был бы полезен?

Макс: Думаю да. Мне нравилось смотреть, как Norma Jean заперлась в доме, где Nirvana писали какой-то альбом, и писала свой. Очень хочу получить такой опыт. Правда, я не очень понимаю куда ехать, и как это устроить. Хотелось бы уехать куда-то на пару недель, закрыться в студии и работать над альбомом. Под это, правда, придется брать отпуск, что тяжело. А потом с этим альбомом нужно будет поехать в тур, а под это нужен еще один отпуск. В общем есть технические сложности, но я очень надеюсь, что это получится. В целом, мне очень нравится атмосфера работы в студии.

Насколько важно нахождение всех участников группы в студии во время записи?

Макс: Для меня это максимально важно. Есть этический момент, который заключается в том, что запись альбома — это общее дело и ты не должен стоять один перед микрофоном. Еще есть технический момент. Как бы хорошо ты не был готов к записи, ты все равно можешь накосячить. Нужен участник группы, который знает материал и может подсказать, если что-то не так.

Еще до релиза «Дорога до вечности» у вас произошли изменения в составе. Кто ваш новый участник и что изменилось с его приходом?

Макс: Наш новый гитарист — Максим Александров, известный вам по группе Medoed. и сольному проекту Gank!. Мы знакомы очень давно и делим один гараж для репетиций. Я играл с ним в Gank! периода, когда он делал фулл бэнд. На последней записи писал ему бас. В музыкальном плане мне с ним всегда было очень комфортно и я всегда видел в нем огромный потенциал. Если вы послушаете Gank! и вникните в тексты песен, то поймете, насколько он талантлив. Ну и у него реально есть большое рвение создавать музыку, как мне кажется. Других кандидатур, кроме Макса у нас не было. Незадолго до этого у нас случилась неприятная ситуация, когда наш предыдущий гитарист не смог поехать в несколько городов, планировавшегося тогда тура. Единственным выходом было взять гитариста на замену в эти города. На то, чтобы разучить наш материал, нужно было бы потратить много времени, и я не знаю других гитаристов в Самаре, кто бы смог это сделать быстро, да еще быть своим парнем. Потом случился весь этот пиздец (уход участника, карантин, отмена туров) и никуда ехать не пришлось. Мы поговорили с ним и предложили присоединиться к нам. Он, вроде как, охотно согласился, и мы начали разбирать материал. Сейчас он разобран полностью и наша концертная программа составляет почти полтора часа. Какие перемены? Ну в нескольких старых песнях Макс нашел косяки, не критичные конечно, но забавно, что много лет мы играли эти песни с ошибками. Поскольку Макс увлеченный человек, то сразу начали прорабатывать какие-то технические моменты. Решили вопрос, как правильно пускать вторую гитару на концертах. На альбоме много дополнительных гитар, а как это все играть, не имея второго гитариста, было не ясно. Там у него столько проводов, я в них уже путаюсь, поэтому что там именно и куда врать не буду. Начали придумывать новый материал. Сейчас готово две новых песни. Настроение внутри группы и на репетициях отличное. Я очень кайфую. Потеем, хуево шутим, пердим и пишем новые песни 🙂

Давай закончим с альбомом. Доволен ли ты тем, что ты написал в плане лирики и вообще как ты себя оцениваешь сам как текстовика?

Макс: Если бы я был ими не доволен, то вы бы их не услышали, пока они не стали бы находиться в том состоянии, в котором они меня устроили бы полностью. Я шарю, что пишу хорошо, но всегда знаю, что можно лучше. Ну и я практически не читаю книг и понимаю, что где-то мне не хватает начитанности и каких-то технических умений, которые облегчили бы мне жизнь.

То, каким вышел альбом, как он звучит и откликом слушателей ты доволен?

Макс: Не зря альбом так тяжеловато писался. Итоговый результат оправдал все силы и нервы, вложенные в него. Встретив Гошу через несколько дней после релиза, он интересовался, где мы закупили КАМАЗ с позитивными комментариями 🙂 Конечно, случившийся локдаун и отмена туров, повлияли, и мы не смогли обкатать этот альбом и отыграть его нормально живьем. Какую-то часть фидбека из-за этого мы потеряли, но учитывая всю ситуацию в целом, я доволен и альбомом и реакцией на него.

Прилетали ли какие-то приятные комментарии от людей, которых ты не ожидал?

Макс: Когда мы выступали на шоукейсе ИМИ в Самаре, на нем присутствовали разные важные музыкальные чуваки. Кто-то мне скинул потом хороший отзыв на альбом от Сергея Мудрика, который занимается музыкой в «Вечерний Ургант», из его телеграм-канала. Было приятно.

«Арестант», ИМИ и поддержка музыкантов.

Раз уж ты вспомнил про ИМИ, то спрошу тебя о треке «Арестант». Как вы попали в этот сборник и как была написана эта песня, учитывая что период был очень нервный?

Макс: Мне написал Максим Динкевич и сказал, что ИМИ собираются сделать сборник в поддержку музыкантов, чьи концерты и туры пострадали от пандемии. Для участия от нас требуется записать совсем новый трек, либо предоставить тот, который не был издан, но сделать все нужно очень быстро. На это была максимум неделя, если я ничего не путаю. Мы посовещались и решили, что в деле. Макс у нас тогда загремел в больничку, и мы опять были не в полном составе. Я предложил Кириллу поднять наши диктофонные записи с домашними рифами и накидать трек. Для меня это был крутой челлендж. Я задумался о том, смогу ли написать более-менее нормальный текст за три дня, потому что написание текста — продолжительная история, ну и было интересно, сможем ли мы сделать песню в экстремальных условиях. Существовало еще одно условие — песня не должна быть короче 2:50. Ровно столько и получилось. Мы собрали все рифы в кучу, и за 2-3 дня я написал текст. Конечно же, можно было бы чуть-чуть побольше текста написать, но времени уже не было. Вполне возможно, что мы этот трек как-то доделаем, сделаем новую аранжировку, может я и текст допишу. Помню, что мы тогда должны были тусоваться на студии с Гошей и Димой поскольку закончилась работа над альбомом, но так получилось, что в этот день пришлось совместить приятное с полезным. Мы накупили пива, сосисок, закрылись на студии и до ночи записывали этот трек. Гитару писал также я. Это по-моему был первый раз, когда я писал гитару. Было прикольно, но толком ничего не понял. Надо было просто ровно сыграть. Вдохнул и записал 🙂 

Какой посыл ты хотел вложить в этот трек? 

Макс: Это песня о том, что всех закрыли, люди сидят дома и не могут осуществлять свою нормальную деятельность. По крайней мере я, точно не мог. А песня, музыка, слова — это такие вещи, на которые не влияют локдаун, закрытые границы и эти события. Песню же мент на улице не сможет остановить 🙂

Как ты оцениваешь деятельность ИМИ (шоукейсы, сборники, вебинары)? Интересны ли они тебе?

Макс: Инициатива очень крутая. Когда нам предложили, я даже не думал о том, что так можно сделать. 22 артиста и все получили денежную поддержку. Суммы-то не маленькие (для нас) совершенно. Мне очень приятно, что нас позвали и мы смогли вписаться в эту историю. Всей причастной команде большое спасибо!

По поводу шоукейсов. Если говорить про самарский шоукейс на котором мы выступали, то я к нему относился скептически, потому что когда я рос, было очень много «рок-конкурсов», где сидит какое-то «жюри» и тебя куда-то выбирает. Обычно на плохой концерт в самом плохом рок-баре. Причем мне писало много людей и говорили, чтобы мы подали заявку. Последней инстанцией стал Борис из JBC, который мне прямым текстом написал в чем плюс участия и почему это не конкурс. В итоге, мы подали заявку, отыграли и сразу же после того как мы отыграли на сцену вылез пьяный Степан Казарьян и позвал нас выступать на фестиваль Боль. 

Что касается их вебинаров. Я вижу в ленте это все, но сам не смотрю. Не знаю, наверное, мне самому эти советы не очень интересны. Причем я думаю, что я мог бы почерпнуть в них много всего полезного, но как-то не получается у меня с этими интенсивами🙂
Мы-то все прошли сами, набив шишки, и нам никто не рассказывал, как надо делать дела. У начинающих музыкантов есть возможность сразу отсечь какие-то проблемы.
Я ничего не знаю о компетентности тех людей, которые там что-то рассказывают, но думаю что информация, в любом случае, полезная. Если ты ее получишь, то хуже вряд ли станет.

За время карантина я серьезно задумался насчет поддержки музыкантов, ждал дней на bandcamp, когда они отчисляли все деньги музыкантам и старался покупать столько музыки и мерча сколько мог. Ощутил ли ты поддержку людей во время карантина?

Макс: Я ощутил поддержку на все 200 процентов. Если говорить в цифрах, то минус группы WLVS из-за отмененных туров, пандемии и перемен в составе составил 160 000 рублей. Когда мы все посчитали, я не очень понимал, как это вывозить и что с этим делать. Единственный вариант который у нас был — это гора трикотажа, на котором мы должны были напечатать мерч и продать его это в туре. Решили, что надо напечатать мерч и выложить на продажу. Мало ли, кто-то что-то купит, и хоть какие-то деньги мы вернем. Слушателям группы WLVS, которые поддержали нас, передаю мои самые крепкие объятия, потому что за предзаказ мерча и за вознаграждение от ИМИ, мы эти 160 000 закрыли. Это нереально круто. C Мишей (вокалист группы Vólan) очень часто обсуждаем тему того, что у нас довольно заниженная музыкантская самооценка. Мы до сих пор думаем, что никому не нужны и каждый раз, когда ты убеждаешься в обратном, то вне себя от счастья. Ты понимаешь, что делаешь это не просто так. Твои песни кому-то нужны, твой мерч хотят купить, тебя хотят поддержать и это очень здорово. Жму руку всем, кто нас поддержал в этот период.

Виниловое издание двух частей альбома «Дотла».

Расскажи, пожалуйста, почему виниловый релиз — это важно для тебя и нравится ли тебе, как все звучит?

Макс: Мне нравится, но я не задрот в плане звучания. Особой разницы с цифровой версией я не услышал. Для меня магией является сам факт того, что ты ставишь пластинку на проигрыватель, опускаешь на нее иглу, шуршания эти и вся вот эта тактильная история.

Почему это издание вышло только сейчас? Насколько я помню, то инициатором издания «Человек человеку волк» на виниле был ты. После этого винила не было очень долго.

Макс: Когда мы начинали играть, то в рамках группы WLVS у меня было две цели: европейский тур и двенашка с альбомом. Мечту я осуществил — пластинку в рамочке на стенку повесил и успокоился. Про «Дотла» на виниле меня периодически спрашивали. Я всегда отвечал, что если найдется кто-то, кто захочет издать, то я буду только за, но сам впрягаться в эту историю я больше не буду. История эта сложная и требующая вложений, которые сделать я уже не могу.
Когда вышла вторая часть «Дотла», у меня закралась мысль, что было бы здорово издать двойник. Это смотрелось бы стильно. Но никто не предлагал, а я сам возможности не искал. Позже мне написал Булат из Издательство Сияние и предложил все-таки издать обе части Дотла. Мы подогнали хронометраж, чтобы обе части влезли на одну пластинку и с Ваней (художник-иллюстратор из Петербурга, известный всем, как Mordor Gladkich) разработали новую обложку. На последнем Winter Assault я стоял и разговаривал с кем-то о том, что винил издает Сияние. Рядом стоял Антон, который делает лейбл Заплатка и сказал, что тоже хотел предложить нам. Договорились с ним на следующую запись. В итоге Булат повел себя не очень хорошо, и с издательством Сияние не срослось. Тут я вспомнил про Антона, написал ему, рассказал ситуацию и предложил издать. Он подписался и сам нашел два других лейбла — Unlock Yourself Records из Ростова-на-Дону (Андрей, привет!) и bluedog music из Новосибирска. Ребята сами обо всем договорились и напечатали винил в Прибалтике. На винил был очень хороший предзаказ. Сильно в цифры я не углублялся, но вроде бы с предзаказа они почти окупили затраты, т.е это более чем нормальная реакция.

Ждать ли «Дорога до вечности» на виниле? Я так понимаю, что история с винилом вышла довольно успешная, и когда эта история с пандемией закончится окончательно, то начнутся концерты, а тираж будет практически распродан.

Макс: Я надеюсь, что это будет. Разговор об этом был, но надо попозже этим вопросом заняться.Надеюсь, что будет, но обещать ничего не могу, так как это не только от моего желания зависит.

О звуке, оборудовании и звучках Нейта Ньютона.

Как ты сам считаешь, нашел ли ты в плане своего инструмента «свой звук»?

Макс: Поиск звука — это бесконечная история. Как только я думаю, что теперь я спокоен и у меня есть все нужное, то обязательно находится какая-то херня, которую хочу купить и попробовать . Я не могу себя назвать гасером. У меня нет такого, что я бесконечно, что-то покупаю, пробую и перепродаю, но иногда такое случается. В плане звука, на данный момент я доволен всем. Сейчас мне кажется, что у меня есть все, что нужно и я не понимаю нужно ли мне что-то еще. 

Но подожди, ты всегда играл на jazz bass, но все равно решил купить себе precision. Не удивлюсь, если ты ripper себе какой-то купишь 🙂

Макс: Ну ripper точно не куплю, так как считаю, что дорогие инструменты себя не оправдывают🙂  Можно уложиться в 20-25 тысяч и купить хороший инструмент.

Всю сознательную жизнь я играл и продолжаю играть на jazz bass. У меня был самый дешевый squire affinity jazz bass, сделанный в Индонезии, который я купил за 5 000 рублей у своего кореша. У этого инструмента была проблема, как у всех дешевых гитар — стоковые звучки. Две струны снимались громче, чем другие. Надо было с этим как-то справиться и мне посоветовали купить на вторичном рынке самые дешевые звучки от любого Warwick под названием MEC, что я и сделал. После этого о проблеме я забыл. На этом squiеr я играл лет 6-7. У меня часто спрашивали, что это за палка, и я всем говорил, что у меня самый дешевый squire с такими-то звучками. Еще, кстати, я не использую бриджевый звучок, а играю только на нековом, потому что мне не нравится эта середина, которая по сути является фирменной карточкой jazz bass.

Потом я понял, что мне в этом скваере не хватает сустейна и низа, и я, недолгое время проведя в нескольких группах, наткнулся на jazz bass фирмы GrassRoots. Это дочерняя фирма ESP, насколько я знаю. Раньше один самарский музыкант очень сильно уговаривал купить этот инструмент в его магазине. В тот раз не вышло, но в этот раз купил его за 13 000 рублей. Я поставил на него те же звучки, и все стало звучать как надо.

Стек.
Усилитель у меня был и, наверное, уже всегда будет — Orange Terror Bass на 1 Киловатт. Считаю, что лучше басовой башки не придумали. Очень простая, мощная, удобная. Даже у Нейта из Converge она всегда есть в запасе. Кабинетов перепробовал кучу. Играл какое-то время в два стека, но понял, что я никогда не смогу возить с собой этот комплект. Продал все и снова купил усилитель Orange. К нему приобрел кабинеты: Hartke HyDrive 4X10 и Gallien Krueger MBX 1×15.Больше пока ничего менять не хочу.

Педалборд. 
Также пробовал кучу педалей. В итоге сейчас доска такая:
TC Electronic PolyTune 3
Ibanez PD7 — первый и основной перегруз. Считаю, что это легендарная педаль и наверное уже не поменяю ее никогда.
Buzz от Shift line — его я использую, как второй перегруз в те моменты, когда надо сильно въебать 🙂
Force от Shift line — использую для всяких эмбиентных моментов между песнями. 
Astronaut от Shift line — его я использую только в одном режиме. Digitech Jamman Solo XT — для запуска подложек и интро.

Недавно Кирилл из Shift Line прислал попробовать Olympic MkIIIS, и теперь разрываюсь и не знаю во что играть, потому что звучит очень круто. Если вы не знаете какой усилитель купить или у вас нет возможности держать дома свой стек и возить его на концерты/репетиции, то купите Olympic MkIIIS. Точно забудете про все проблемы, потому что «свой звук» всегда будет с вами в формате маленькой коробочки.
В 2016 мы ездили с группой Tesa из Риги, и тогда водителем у них был как раз Кирилл из Shift Line. Мы тогда только начали искать звук и менять свои беринджеры на что-то вменяемое. В том туре мы смеялись и просили Кирилла взять нас на эндорс, а он тактично и вежливо нас отшивал 🙂
Через какое-то время он написал сам, и попросил мои фотографии и адрес для отправки мне «кое-чего». Так мы и попали в раздел «Артисты» компании Shift Line. Тогда он прислал мне первый Buzz. Я долго пытался с ним подружиться, потому что думал сделать его своим основным перегрузом, но в итоге он стал вторым дополнительным. Могу сказать, что это отличнейшая педаль. В ней есть замечательная ручка blend, которая позволяет подмешать один перегруз к другому, не убивая основной звук. Так мы и начали обрастать их приборами. Для меня Shift Line — это лучшая контора в плане гитарного и басового звучания. Делают очень качественно и своеобразно. Тогда же я подумал, что забавно было бы сделать примочку со своим дизайном. Не то, чтобы мне было это как-то необходимо, но я написал Кириллу и спросил можно ли мне так сделать. Он обозначил цифру, я сделал макет и подогнал его так, чтобы две лампочки попадали волку на глаза и теперь у меня вот свой кастомный дизайн педали Astronaut. В общем, сделал не самую нужную мне в педалборде педаль с кастомным дизайном 🙂

Правильно понимаю, precision ты в итоге купил не просто так? 🙂

Макс: Звук свой я нашел, но что-то прес мне покоя не давал 🙂 Я уже пытался подружиться с ним раньше, но никак не получалось.У Нейта Ньютона и Курта Беллоу из Converge был канал на youtube — demovids, на котором они делали обзоры на педали и другое оборудование.Там я увидел видео о оборудовании Нейта. В его прессе стояли именные звучки компании Lace. Мне шибко понравилось, как все звучит и решил их заказать.

Это тоже отдельная история.

Как-то на их распродаже я решил, что хватит ждать и заказал. Отслеживаю посылку, и в один прекрасный момент перемещение останавливается где-то во Франции. На этом все. Оказалось, что посылку отправили через FedEx, а они не доставляют международные отправления физическим лицам. Мои звукосниматели уехали обратно, а ребята из Lace молчат. Я дал уже юридический адрес ИП, но с меня снова запросили оплату отправки. Поругался с ними насчет того, что меня никто не предупредил, что физ лицу доставить посылку нельзя, посылку вернули, а с меня снова требуют оплаты. Расстроился и кое-как вернул деньги. Рассказал эту историю Кириллу из Shift Line и, поскольку Нейт у них также висит в разделе Артисты, спросил у него, может ли он написать ему лично и спросить о наличии звучков. Кирилл написал и долго ждал ответа. Вообще вся эта история длилась три-четыре месяца. Тогда Кирилл собирался ехать в Америку на выставку NAMM, и попросил Нейта отправить их на адрес его другу в Америку, чтобы не связываться с международной отправкой, а забрать посылку прям на выставке. Выставка прошла и я спросил, получилось ли, их забрать. Он меня тут и «обрадовал» тем, что звучки украли бездомные. Это не шутка. Оказалось, что почта в Америке работает так, что к тебе приходит почтальон к двери и кидает посылку на порог. Если ты не успел забрать посылку, то есть вероятность, что какой-то прохожий или бездомный подхватит ее, как и произошло со звучками. У меня был уже спортивный интерес заполучить их. В итоге Нейт снова отправил уже на его адрес в Санкт-Петербурге и с третьей попытки они приехали 🙂

В итоге ты получил, что хотел? Доволен 🙂

Макс: Не могу сказать, что они какие-то фантастические или особенные, но они хорошие. И, кстати, вот еще один забавный момент. На карантине появилась такая тема, как ISOLATE/CREATE, где музыканты известных групп (Converge, Deafheaven и кто-то еще), выкладывали проекты со своими песнями и ты мог их скачать, покопаться в них, что-то поделать, пересвести. Гоша предложил сравнить DI моего баса с альбома и Нейта. Оказалось, что звучание сильно похожее. Это было очень забавно и даже приятно 🙂

Давай по-тихоньку закончим. Спасибо за разговор и расскажи о том, какие дальнейшие планы и тебя и у WLVS?

Макс: Хочется начать играть концерты. Это единственное чего не хватает, потому что живое общение и концерт не заменить ничем. Будем писать новый материал. Наработок на него очень много. Возможно, мы запишем EP. Тут конкретных планов нет, но совершенно точно что-то запишем. Обязательно будет альбом. Тех наработок, что у меня сейчас есть, на альбом хватит точно. Может купим еще несколько педалей, может поменяем какие-то усилители. 
А ну и баннер у нас новый 🙂 
Также хочется в тур и он обязательно состоится. Как только, так сразу 🙂
Берегите себя, скоро увидимся!

Добавить комментарий